История
Религия
Этнография
Фольклор
Атаманы
Поселения: города,
станицы, поселки
Яицкие казаки заграницей
Аткарская община
Калачевские общины
Московское землячество
Среднеазиатские общины
Тольяттинская община
Уральское историко-культурное общество
Уральское (Яицкое)
казачье Войско

Уральская (Яицкая)
казачья община

УКВ СК России (г. Илек)
Псевдояицкие объединения
Музей «Старый Уральск»
Издательство «Уральская библиотека»
Фольклорный коллектив
ст. Круглоозерной

Фольклорный коллектив «Яикушка»
Газета «Казачий вестник»
Газета «Казачьи ведомости»
Государственный
краеведческий музей

Дом-музей Е.И. Пугачёва
Музей-заповедник
«Евразийский перекресток»


Традиционная одежда яицких казаков

<Женская>

Основные виды женского костюма уральских казачек в XIX – начала XX вв. следующие: сарафан с рубахой, юбка с кофтой и платье. Изготовлялась женская одежда преимущественно из покупных тканей: ситца, сатина, бязи, бархата, шерсти, сукна.

Рубаха состояла из двух частей – "рукавов" и "стана" ("полустанка"). Нарядные рукава шили из дорогих тканей, более яркой расцветки чем сарафан. В XIX – начале XX вв. основными типами рубахи уральских казачек были рубаха с плечевыми вставками – поликами ("выставками") и бесполиковая. Прямые полики пришивались по утку стана. "Выставка" отделялась от рукава широким золотым или серебряным позументом – "галуном", закрывавшим шов. Поликовая рубаха сохранялась у старообрядцев-"уральцев" до 1940-50-х годов. В настоящее время она встречается лишь в смертной одежде. Бесполиковая рубаха широко распространилась на всей территории Войска в конце XIX в. Характерной особенностью традиционной рубахи были очень широкие, пышные рукава: "мешок муки можно насыпать – вот уж рукава были" [1]. В настоящее время бесполиковая рубаха бытует среди старшего поколения "уральцев" Средней Азии, ее одевают и молодые женщины в особых случаях: на похороны, в праздничные дни, на моленье. Девочке во время крещения надевают "уральскую" рубаху, потом ее чаще всего убирают.

Сарафан был основным видом одежды уральских казачек в XVII – первой половины XIX вв. Старинные сарафаны имели своеобразный покрой – в виде полукруга из трех горизонтально сшитых полотнищ ("круглый сарафан", "в перекат"). Верх спинки сарафана ("горб") собирался в несколько круглых складок – "боров" и "горбина" получалась очень узкой (10-15 см). Проймы, горловина, передние полы и застежка обшивались позументом. Такие сарафаны передавались по наследству и до сих пор они хранятся как семейная реликвия. Другой вид сарафана – собственно косоклинный ("с боками").

В первой четверти XX в. получили распространение "сарафанка" и "юбка с лифом" (отрезная "сарафанка"). Уральцы-старообрядцы считали "подходящим к закону" лишь косоклинный сарафан. В настоящее время сарафан бытует в качестве свадебной, похоронной и молельной одежды преимущественно у старообрядцев.

Комплекс "юбка с кофтой" появился под влиянием городской моды в начале XX века. Платье в это время было менее распространено ("татьянка", "гейша", "принцесска"), носили его молодые горожанки.

Основным головным убором девушки-казачки была "перевязка" – широкая лента или шарф, которые обвязывались вокруг головы. Ее украшали позументом, бисером, вышивкой золотой битью. "Перевязка" молодой замужней женщины крепилась на голове особым способом, оставляя часть волос открытой. Ее носили с "волосником" или "кардонкой" – невысоким обручем из плотного картона, обшитого тканью. Женский головной убор первой половины XIX века представлял собой сложный комплекс из "кокошника" (разновидности повойника) и подкокошника (кички). Кокошник именовался "сорокой". По словам И.И. Железнова она вышла из моды в 30-40-х годах XIX в. [2]. Основными частями женского головного убора в конце XIX в. стали "волосник", "сорока" в виде мягкого повойника и платок. Этот комплекс бытовал на территории Уральского Войска до 1920-30-х годов, у уральцев Средней Азии – до 1950-х годов. В настоящее время волосник или сороку носят в основном женщины пожилого возраста.

Своеобразным примером трансформации головного убора под влиянием городской моды можно считать "убор". Это невысокая круглая шапочка типа волосника, обшитая бисером, украшенная бисером и стеклярусом. Задняя часть "убора" ("хвост") представляла несколько кружевных лент, нашитых друг на друга с небольшим напуском (они покрывали затылок). Надевали "убор" под платок, в помещении молодая женщина могла, сняв платок остаться в "уборе".

Таким образом, в конце XIX в. женский головной убор претерпел довольно сильные изменения под влиянием городской одежды. Терминология основных частей головного убора совпадает с названиями, известными у русского населения смежных районов, так, волосник широко бытовал в Поволжье, Сибири, на Урале, в центральных и южных районах европейской части России.


<Мужская>

В мужской одежде уральского казачества заметнее проявилось влияние городской моды и межэтнических контактов. Как известно, эта особенность мужской одежды прослеживается во всех зонах контактного проживания русских. Военный быт сильно отразился на традиционном костюме казаков, однако, несомненно влияние на формирование военного мундира уральского казачества оказала и народная одежда. Основу мужского костюма в XIX – начала XX вв. составляли рубаха и штаны.

Мужская рубаха была туникообразной. Старинные рубахи были длинными, доходили даже до колен, рукава спускались ниже запястья. Эта особенность традиционной рубахи сохранилась позже среди старообрядцев. Разрез ворота был посередине груди, но в связи с модой на косоворотки его делали и сбоку. Важной деталью кроя были ластовицы ("ластовки") квадратной формы, которые вставлялись подмышками. Нередко их делали из цветного лоскута.

Рубахи шили из шелка, сатина, ситца. Уральские казаки носили рубахи на выпуск, подпоясав тонким поясом или ремешком. Распространен был и другой способ ношения рубахи – когда ее заправляли в шаровары ("про заправ"), продиктованный, очевидно, необходимостью максимального приспособления к условиям рыболовного промысла и военного быта. Популярность "восточной" традиции ношения рубахи известна и среди казаков других войск.

В шаровары заправляли также полы верхней одежды ("фуфайки", халата). Штаны различали "верхние" (шаровары) и "нижние" ("штаны"). Помимо этого бытовали и особые названия для некоторых видов штанов ("чембары" – кожаные штаны, надевавшиеся во время рыбного промысла).

Кроили шаровары с удлиненной по горизонтали вставкой трапециевидной формы, которая пришивалась к штанам по всей их длине. Этот тип шаровар заметно отличался от тех, которые были широко известны у русских и украинцев в прошлом, именно формой вставки – "ширинки". Шаровары – промысловая, дорожная, рабочая и комнатная одежда – в более ранний период были частью костюма казака-воина. По мере распространения брюк с конца XIX в. превращаются в производственную и ритуальную одежду. В конце XIX – начале XX вв. повседневной и праздничной одеждой становятся пиджак и брюки фабричного пошива.

Мужской головной убор. Теплый головной убор – "шапка", "малахай", "ялкас", "треух", "папаха", "кубанка", "мерлушка", "бадейка". Их шили из овчины, каракуля, лисьего меха, кожи, сукна, бархата. В середине XIX в. "папахи" стали частью форменной одежды, хотя их носили не только во время службы. "Папаха", "кубанка", "бадейка" были особенно популярны среди казачества и считались исконно казачьими, хотя, как известно они не сразу вошли в обиход [3].

Летним головным убором была "казачья фуражка", ставшая частью форменной одежды во второй половине XIX в. Уральские казаки носили фуражки с малиновым околышем, символизировавшим принадлежность к уральскому казачеству. Такая фуражка была и отличительным знаком "уральцев" Средней Азии [4]. Фуражка была и остается предметом особого почитания у потомков уральского казачества и в наши дни. "Дедовские" фуражки носят сейчас многие старики, а также молодые мужчины.

На материалах мужского головного убора отчетливо прослеживаются следы этнокультурных контактов с тюркоязычными народами региона. Отдельные детали кроя и некоторые разновидности головных уборов свидетельствуют об интенсивности межэтнических контактов на протяжении длительного времени.

Прически. Казаки в прошлом обычно стриглись "под айдар" (круглая короткая стрижка). Предметом особой заботы и гордости уральского казака в прошлом была борода, которую называли "отечеством". Попытки местной и столичной администрации в XVIII – XIX вв. "обрить" казаков не имели успеха. Не случайно Емельян Пугачев в своих дарственных грамотах награждал их "крестом, бородой и волей казацкой". Борода, олицетворявшая казачью волю, воспринималась как символ казачества. "Уральцы"-старообрядцы во время Великой Отечественной войны просили в военкомате не стричь им бороды. Они были готовы обрить голову, но не могли допустить, чтобы их лишили "отечества". Многие "уральцы" и сейчас никогда не бреют бороды. В последние 8-10 лет молодые мужчины отпускают бороду, которая воспринимается ими как одна из важных черт внешнего облика, свидетельствующая о принадлежности к "казачьему роду". Интересно, что ношение бороды потомками казаков и "уральцами"-старообрядцами представители других народов называют в числе характерных черт внешнего облика, отличающих их от других "русских". В Южном Казахстане их так и называют "бородачами". Прическа, таким образом, наряду с некоторыми элементами одежды играет этнодифференцирующую роль.

Верхняя одежда в XIX в. была разнообразной как по крою и материалу, так и по способам ношения. Основными видами мужской верхней одежды были "армяк", "чапан", "тулуп", "шуба", "доха", "бешмет", "чекмень"/"халат", "азям", "куртка", "пальто" и др. женской – "шуба", "шубейка"/"пальто". Основным материалом для изготовления верхней одежды был "армяк" – сукно из верблюжьей шерсти. В старину уральские казачки сами делали "армяк", в XIX в. его покупали у казахов, татар, каракалпаков, позже шили одежду из фабричного сукна. Тулупы, доху или "яргак" шили из овчины и волчьего меха. Во второй половине XIX века получила большое распространение одежда на стежке – "халаты", "фуфайки", "куртки" и др. "Шубейки", "куцавейки", "фуфайки" – распашная женская одежда. Их носили поверх косоклинного сарафана и сарафана "в перекат".

"Зипун", как и предшествовавший ему "армяк", кроился с прямой спинкой и клиньями по бокам. В первой половине XIX века у казаков бытовал и нарядный зипун – "малинового сукна, обшитый у ворота и рукавов узким золотым галуном" [5].

"Халат" известен как верхняя одежда уральских казаков с XVIII века, кроился с боковыми клиньями и шалевидным воротником. В старину халат не подпоясывали. Халат широко бытовал во второй половине XIX — начале XX века, причем не только в качестве рабочей или молельной одежды, считаясь "почтенной и щеголеватой одеждой, которой носили молодые казаки" [6]. Со временем халат превратился в молельную одежду старообрядцев. "Халат" в первой половине XIX века использовался в качестве верхней одежды казака-воина. Известно, что один из уральских атаманов предлагал даже ввести его в "состав форменной одежды, имея в виду то, что халат может заменить казаку китель, как вещь красивая, легкая, не маркая и постройка ее делается домашними средствами" [7].

Бешмет ("бахмат", "татарка") долгое время был форменной одеждой казаков. Он кроился прямым спереди, с отрезной спинкой и пришивными клиньями сзади. Бешмет был настолько популярен у казаков, что выйдя в отставку, они нередко перешивали прямой мундир. Бешмет шили из сатина, а также из шелка и надевали в качестве жилета под суконный "чекмень".

В целом, характеризуя верхнюю одежду уральского казачества с точки зрения этнокультурной специфики, можно отметить, что основные ее виды по покрою, материалу, способам ношения были аналогичны тем, которые бытовали у восточнославянских народов. Однако, некоторые из них, безусловно, появились в результате заимствования от тюркоязычных народов. Впрочем, это было характерно для многих групп русского населения, проживавших в контактных зонах Сибири, Поволжья, Урала и южных областей России. На формирование и развитие верхней одежды уральских казаков помимо природно-климатических условий и особенностей хозяйственной деятельности, большое влияние оказал и характер их военной службы. Единая форма военной одежды была введена в Уральском Войске значительно позже, чем в других казачьих областях (во второй половине XIX в.). Многочисленные попытки правительства ввести единую форму воспринимались уральскими казаками как посягательство на привычный образ жизни, лишение их "старинных прав". Военный мундир единого образца был для них олицетворением ненавистного "регуляторства". Характерно объяснение причин отказа казаков от военных мундиров у И.И. Железнова: "Не одежда, не мундиры были страшны, а штат был страшен, штат был противен" [8].

В одежде уральского казачества XIX – начала XX в. можно выделить черты, сходные с традиционной одеждой русского населения северо-восточных, центральных районов Европейской части России, а также Верхнего и Среднего Поволжья. В частности, старинный сарафан уральской казачки ("в перекат") и косоклинный сарафан были во многом аналогичны бытовавшим в названных областях сарафанам ("китаешник" Костромской губернии). В некоторых видах, деталях, женского головного убора и их названиях обнаруживается сходство с известными в этих же районах головными уборами ("кокошник", "перевязка"). Украшение одежды вышивкой, позолоченной или посеребренной нитью ("бить") и позументом также восходит, на наш взгляд, к северно-русским традициям.

В верхней мужской и женской, а также комплексах промыслового и молельного костюма немало общего с одеждой русского населения Урала, Сибири и Поволжья, в частности, донских, оренбургских и сибирских казаков. В этих регионах, как известно, повсеместно бытовало ношение многослойной верхней одежды, полы которой обычно имели большой запах, воротник был намного больше обычного и служил дополнительной защитой.

Широкое бытование халатообразной одежды у русского населения на территории этноконтактных с кочевыми народами зон связано с влиянием традиционной одежды кочевников.

В одежде казаков XIX – начала ХХ века отразилось влияние города, прежде всего в широком распространении комплексов городского костюма. Это способствовало вытеснению старинной одежды, но следует отметить, что у уральских казаков она стойко сохранилась в качестве свадебной, молельной и праздничной. Сравнительно раннее вытеснение холста и широкое употребление покупных тканей, начиная с середины XIX в., связано с материальной зажиточностью казачества.

Традиционная одежда казаков отличалась декоративностью, иногда даже утрированной, подчеркнутым щегольством, яркими тонами костюма. Обилие украшений женской одежды в виде лент, кружев, декоративных пуговиц, а также бус, брошей, поясов усиливало впечатление нарядности одежды и даже внешне выделяло казачек по сравнению с "мужичками". Щегольство было присуще и внешнему виду мужчин, особенно молодых: известно, что некоторые казаки носили одну серьгу в ухе, возможно, как оберег; "бравый" вид придавали им казачьи "папахи", "бадейки", "мерлушки".

Восприятие отдельных деталей или компонентов одежды в качестве отличительных признаков принадлежности к этнической, сословной, конфессиональной общности важно для исследования традиционной одежды в ракурсе выявления этнодифференцирующих функций. Для уральского казачества в прошлом было характерно противопоставление некоторых форм одежды, способов ее изготовления и ношения "российским" ("русским", "иногородним") – т.е. бытовавшим у неказачьего населения.

Предпочтение уральскими казаками некоторых видов одежды определялось, помимо практической целесообразности и известной консервативности старообрядческой среды, специфическим знаковым содержанием этой одежды. Для уральского казака в XIX в. сохранение старинной одежды ассоциировалось не только с принадлежностью к казачеству, но и с "преданностью" заветам отцов, сохранением "духа казачества" и отстаиванием своих прав и "вольностей" от посягательств внешних сил в лице, например, правительства. Именно в таком контексте можно понять упорство, с каким казаки сопротивлялись малейшим нововведениям, например, в военной одежде на протяжении всего XIX столетия. Возможно это, в свою очередь, усиливало знаковое содержание каких-то конкретных деталей одежды, придавая им особый смысл. Позже, когда окончательно утвердилась венная форма установленного образца, сохранилось во многом традиционное отношение к отдельным элементам форменной одежды, например, к фуражке, папахе, мундиру и др.

Ареальная вариативность основных комплексов одежды уральского казачества в XIX – начале XX века не была, судя по нашим материалам, сильно выраженной. Намного большее значение имела социальная дифференциация одежды.

Этнокультурное своеобразие традиционной одежды уральского казачества, отличавшее се от одежды других казачьих Войск, обусловлено главным образом особенностями его этнической истории. Так, сохранение старинной одежды еще в конце XIX века, устойчивость в бытовании ряда традиций объясняются большей чем в других Войсках, "закрытостью" казачьего общества на Яике, его большей этнической однородностью. Сравнительно раннее сокращение внешних источников пополнения Уральского войска (в середине ХVIII в.) препятствовало "размыванию" традиций, в том числе и в материальной культуре, под воздействием внешних факторов. Известную роль в стагнации культурных явлений сыграло и старообрядчество.


Примечание

1. Архив МАЭ НИИ РАН, ф.10, оп.1, ед.хр.43, л.18.

2. Железнов И.И. Уральцы. Очерки быта уральских казаков – Спб.: 1988 г., т.2, с.388.

3. Железнов И.И. Несколько замечаний уральского казака – Указ. раб., с.310.

4. Бородин Н.А. Идеалы и действительность. Сорок лет жизни и работы рядового русского интеллигента (1879-1919) – Берлин-Париж, 1930 г., с.125-126.

5. Н-ъ. Заметки о народном быте и одежде уральских казаков – Б.М., 1866 г., с.7.

6. Там же, с.10.

7. Там же, с.15.

8. Железнов И.И. Уральцы – Т.III, с.138.

Обсудить в форуме


Автор:  Сания Сагнаева
Источник:  Очерки традиционной культуры казачеств России – Краснодар: 2002 г. Т. I.

Возврат к списку

Copyright © 2007-2017 Яик, дизайн Петр Полетаев.
При полном или частичном использовании материалов сайта гиперссылка на www.yaik.ru обязательна.